Боец ехал с кольцом к невесте, чтобы сделать предложение, а стал инвалидом в ДТП. Мать пытается вернуть сына к жизни

21-летний боец Гавриил Хрипунков уцелел под обстрелами и атаками дронов на СВО, но тяжело пострадал на мирной трассе в родном городе. Осенью 2025 года парень впервые за два года приехал в отпуск в родную Казань. На недолгое время отдыха у него были большие планы: сделать предложение любимой девушке, создать семью. Вместо этого Гавриил попал в аварию и стал инвалидом. Он не может ни ходить, ни говорить. Сейчас мама делает всё, чтобы снова поднять его на ноги. Она надеется на добрых людей и верит, что врачи из Екатеринбурга вернут ей сына. Читайте его историю в материале Е1.RU. Образцовый водитель Гавриил подписал контракт в сентябре 2023 года во время срочной службы, куда его призвали в 18 лет. Контрактник был водителем КАМАЗа. Возил гуманитарную помощь, продовольствие, боеприпасы в зону боевых действий. На водителя большегрузов он выучился еще до армии в школе ДОСААФ. Там он получил водительские права, а мама — благодарственное письмо от школы ДОСААФ за воспитание сына. На службе Гавриил был таким же ответственным, как и во время учебы. Он не только выполнял боевые задания по приказам, но и сам участвовал в закупке того, что нужно для фронта. В сентябре 2025 года Гавриил приехал в свой первый за два года отпуск. За несколько недель ему нужно было успеть многое. В первые же дни он купил машину, это была давняя мечта. Старенькая Audi стоила всего 300 тысяч и, видимо, была в плачевном состоянии. Мама говорит, что Гавриил поменял колесо, еще что-то подремонтировал. А через неделю после покупки попал в аварию. В тот день он поехал на свидание, чтобы сделать предложение девушке. Это стало понятно, когда в разбитой машине в бардачке нашли нарядную подарочную коробочку с обручальным колечком. По пути на городской дороге Audi врезалась в столб и буквально разлетелась на две части. Почему так получилось, неизвестно. Очень вероятно, что причина аварии в «уставшем» состоянии машины, технических неполадках. Машину разорвало, скорее всего, потому что автомобиль был собран из нескольких частей. Никто не видел, как произошло ДТП, технической экспертизы не проводили. Гавриил был трезв, никаких следов алкоголя в крови не было, он был пристегнут ремнями безопасности. «Он остался живой: руки, ноги, позвоночник — всё целое, был только перелом ключицы, — рассказывает нам мама. — Но в крыше был железный люк, он так хотел именно такую машину и радовался, когда нашел. И вот этот люк врезался сверху ему в голову». Гавриил получил тяжелую черепно-мозговую травму и впал в кому. Его экстренно прооперировали в городской больнице Казани. Врачам пришлось удалить часть черепа. Сейчас Гавриил — лежачий пациент. Он не говорит, научился только приподниматься на кровати. Из больницы его выписали домой. К счастью, у Гавриила сохранились память и интеллект, сознание. Недавно научился глотать и начал есть сам. До этого питание было через зонд. «Всё понимает, слушает внимательно, отвечает мне глазами: да, нет. Спрашиваю: помнишь, что произошло, — помнит. Спрашиваю: машина подвела, он глазами показывает — да, — рассказывает Ульяна. — Ставлю ему голосовые сообщения послушать, друзья их присылают из зоны СВО, поддерживают, говорят хорошие слова, чтобы выздоравливал. Он ладонью по руке меня слегка хлопает, мол, спасибо, держусь. Когда слышит имя девушки, меняется в лице». Трагедия вместо свадьбы Девушка, к которой ехал Гавриил, конечно, переживала, приезжала к нему в реанимацию и после приходила в палату. Они начали встречаться до армии, переписывались, созванивались, она ждала его. «Девушка очень хорошая, работает, учится, маме своей помогает. Но я сама ей сказала: „Тебе надо жить своей жизнью, ты молодая, я всё пойму“. Мне-то тяжело… Бывает, даже плакать уже нет сил», — признается Ульяна. Ульяна уволилась с работы, чтобы ухаживать за сыном. Младшей дочке, сестре Гавриила, 13 лет. Старшая дочь взрослая, работает и живет отдельно. «Младшая поддерживает меня и с братом разговаривает. Если бы не она, еще тяжелее было бы жить в молчании, когда сын не говорит. Старшая тоже как может помогает: и деньгами, и, когда приходит, занимается с Гавриилом», — рассказывает Ульяна. Мать сама поднимает сына, помогает садиться в кровати, переворачивает его, если нужно. «Я привыкла к физическим нагрузкам, у нас частный дом, много тяжелой работы. Мы с сестрой и стены сами ставили, и двери навешивали, и душ на участке строили. И в „Пятерочке“ когда работала, тоже приходилось много тяжестей таскать», — объясняет Ульяна. Вся надежда на чудо-клинику Ульяна привыкла не только к физическим трудностям. С мужем они расстались семь лет назад. Она осталась одна с тремя несовершеннолетними детьми и с алиментами с его официальной пенсии — около десяти тысяч. Бывший муж работал в Службе исполнения наказаний и на пенсию ушел относительно молодым. Сейчас отец Гавриила также служит на СВО. Но с семьей давно не общается, про трагедию не знает. Ульяне приходят алименты с его пенсии — пять тысяч рублей на младшую дочь. Она отправляла запрос в Минобороны, чтобы получать алименты с выплат, но ответа не получила. Армейскую страховку, которая положена контрактникам, даже если травма не боевая, Гавриилу еще не выплатили. Бойца до сих пор не комиссовали, несмотря на тяжелую инвалидность, он числится в части. Ему оформили лишь гражданскую пенсию плюс выплаты как ветерану боевых действий — это около 24 тысяч в месяц. Пока он получает зарплату военнослужащего — около 50 тысяч рублей. Почти все деньги семьи идут на восстановление Гавриила: оплату массажиста, занятия с инструктором ЛФК, логопедом. «В Казани есть новый военный госпиталь, но в нем пока вообще нет реабилитации. Там только один инструктор ЛФК, ни логопеда, ни дефектолога, — рассказывает Ульяна. — Поэтому всё приходится оплачивать». Помогают родные, друзья семьи, сослуживцы, откликнулись и жители города: они рассказывают историю молодого военного в соцсетях, поддержали сбор на реабилитацию и покупку того, что необходимо на реабилитации. Так, благодаря сборам купили вертикализатор. Гражданские клиники не могут взять военного на реабилитацию бесплатно, по ОМС. Гавриила готовы взять екатеринбургские врачи в клинике реабилитации Ирины Волковой — мама прочитала про наш центр и написала туда. «Пациента я видела в режиме онлайн. Травма еще относительно недавняя, реабилитацию они не проходили. Сейчас главное — определить реабилитационный потенциал и, исходя из этого, уже ставить задачи. Основная задача — восстановить, насколько возможно, уровень сознания, более высокий, вернуть речь. То, что есть навык глотания, — хороший признак. Работать должна вся бригада — нейропсихологи, логопеды, специалист ЛФК, эрготерапевты, врачи — все. Работы много», — признает Ирина Волкова. Ульяна сейчас при поддержке фонда екатеринбургской клиники на своей странице во «ВКонтакте» ведет сбор на реабилитацию. Недавно Гавриил сказал первое слово после аварии: «Мама». «С трудом, по слогам, — рассказывает Ульяна. — Знаете, как младенцы говорят первое слово „мама“, так и мы проходим тот же путь. То есть как с рождения человек постепенно проходит все этапы развития, так и нам надо учиться жить заново. Мне сейчас говорят: считай, что у тебя родился еще один, четвертый ребенок». Центр реабилитации Ирины Волковой знаменит тем, что там могут поставить на ноги самых тяжелых пациентов. Почитайте историю, как там научили ходить молодого уральца: Дмитрий Беляев пострадал в аварии, когда ехал на работу, на их машину упала многотонная гусеница крана, которая была не закреплена.