«Они говорят — море грязное, мы говорим — чистое». Как в Анапе проходит необъявленный купальный сезон

С момента разлива мазута в Черном море прошло восемь месяцев. Уже давно в Анапе нет тысяч волонтеров в белых защитных костюмах и респираторах, работавших на износ. Уже нет такого количества тяжелой техники, которая днем и ночью грохотала, загружая замазученный песок в грузовики для отправки на полигоны. Уже не встретить автоволонтеров, которые приезжали из разных регионов ловить черных от мазута птиц. О большой трагедии напоминают красные таблички с текстом «опасная зона», «купание запрещено», в обход которых следуют туристы с детьми на пляж. Всё чаще слышен вопрос: «сезону быть?». И на то есть причины. К середине июля в Анапе убрали защитный вал с сеткой на пляжах, где выбросов не было уже больше двух месяцев. В то же время в институте океанологии РАН заявили, что на курорте активно восстанавливается экосистема, а в «Азовморинформцентре» отмечают, что сейчас концентрация нефтепродуктов в Черном море находится ниже предельно допустимой нормы. Более того, курорт начинает оживать, торговые точки и кафе, которые еще месяц назад были закрыты — ждут гостей. Для того, чтобы понять, что происходит на курорте в разгар лета, кто отдыхает в «опасной зоне» и как выживает малый бизнес, журналистка 93.RU Екатерина Железнова отправилась в Анапу. Непривычно тихо На анапский вокзал прибывает очередной поезд. Под палящим солнцем толпятся туристы с чемоданами. Из толпы слышны крики сопровождающих, которые приехали с детьми в лагеря. На выходе долгожданных отдыхающих поджидают таксисты, предлагающие довезти куда угодно по цене дешевле, чем в официальных приложениях. Ближе всего к вокзалу пляжи анапского поселка Джемете. Пешком идти минут 20. По пути встречаются небольшие кафе с пустыми летниками и парк аттракционов, закрытый до вечера из-за сильной жары. Чем ближе к морю, тем пустыннее становится вокруг. В гостевых домах и отелях в двух минутах от моря непривычно тихо. Торговые ряды, где летом предлагают всякую пляжную всячину — от панамок и плавок до зонтов и матрасов — закрыты роллетами. Ветер поднимает вверх оставленный мусор. На Джеметинском проезде — у самого входа на пляж — работает только продуктовый магазин. — Одна я открыта с 1 июня, и то… всё очень плохо, — рассказывает женщина за кассой. — У меня магазин свой, не аренда, поэтому работаю. А другим, как им открыться, чем платить за аренду? С утра вы четвертый человек у меня (на часах около 13:30). И то берут что-то на 50–100 рублей. Выдержать бы это время… Раскаленный песок обжигает ступни. Минуя дюны, открывается вид на пустой пляж и пирс. В поле зрения около 20 отдыхающих на примерно километр берега. Здесь еще не убрали защитный вал, обтянутый сеткой. За ним — местами проржавевший каркас, где еще в прошлом году натягивали навес и устанавливали шезлонги. На песке сотни черных мазутных сгустков, похожих на небольшие камешки. Если прикоснуться к ним, на руках остается дурно пахнущий маслянистый след. Но в самом воздухе запах не ощущается. По другую сторону вала песок внешне чистый, в море купаются немногочисленные отдыхающие. — Как водичка, без мазута? — Да где он есть-то? Руки, ноги чистые, сами посмотрите. — Вот же, у вас на ноге пятно, кажется, мазутное. — А, да ничего, он стирается легко. Че делать-то? Вообще никуда не ходить? Если бы было всё в мазуте, другой разговор. У воды загорает местная жительница. Она наблюдает за двумя сыновьями, которые плещутся недалеко от берега. Анапчанка рассказывает, что у нее на даче стоит бассейн, «но это всё равно не то». В третий раз за лето решили выбраться на море. Чуть дальше — пирс. На него заходит мужчина в мокрых плавках. Вместе с женой и ребенком он приехал на отдых в Анапу из Брянска. — Иногда бывает на мазут натыкаемся, в основном рядом с МЧС. Ну, мне кажется, ничего не будет, купаться можно, — говорит он. Всё бесполезно По песку проезжает «буханка». На лобовом стекле наклеен листок А4 с надписью: «ЧС». Это машина спасателей, которые вместе с волонтерами от районных администраций продолжают работы. Водитель любезно соглашается подвезти на соседний пляж. — Думали, вы нас прогонять с пляжа будете. — У нас нет таких полномочий. — А если честно, сами купались? — Было дело. На сегодня задача спасателей — проверить сетку вдоль берега и обновить мешки, которые ее удерживают. На старый полипропиленовый мешок надевают новый. Их меняют по мере загрязнения и износа, в жару работы проводятся чаще. Минимум раз в две недели надо менять и мешки, и сетку. Тут же издалека доносится знакомое, но такое непривычное: «горячая кукуруза». За початок — 150 рублей. В два раза дешевле, чем в Сочи. В подарок — немного соли в пакетике. Загоревший продавец Олег рассказывает, что «в море не плавал уже лет 10» — ему не нравится. Но уверяет, «купаться можно, никого не штрафуют». — Да это было в самом начале лета, ходили, фыркали тут, а потом поняли, что всё бесполезно. Люди как купались, так и купаются. Я вам честно говорю. Не мешайте нам купаться! Пляжи в Джемете — одни из самых загрязненных в Анапе. Прошлый мазутный выброс здесь фиксировали 9 июля. На берегу в районе 1-го проезда — это самый центр пляжной Анапы — продолжают работать водолазы, каждый день они вытаскивают на берег десятки мешков с мазутом, который собирают со дна. На пляже в 15 метрах от загорающих в ряд стоят несколько КАМАЗов спасателей и МЧС, встречаются подразделения из других регионов, например, Санкт-Петербурга и Вологды. Рядом с машинами растянута веревка, на которой сушатся водолазные костюмы со следами мазута. На происходящее смотрит только что пришедшая на пляж супружеская пара: — Ого, тут сколько техники. — Ну ничего, зай, давай отойдем в сторону! Одна из команд спасателей сидит под навесом, натянутом от машины. Накачанные мужчины в плавках решили устроиться за походным столом. — Локально есть пятна мазутные, работы хватает здесь. Бывает, отдельные пласты лежат, бывает — капли мазутные. Они прогреваются и всплывают на поверхность, растекаются, образуя пленку, — рассказывает водолаз. — Ребята, которые давно работают на несколько смен, говорят, что уже песком замыло, приходится размывать. Вот мы помпами размываем песок сначала, а затем достаем мазут. Сейчас водолазы в Джемете работают на малых глубинах, 1,5–2 метра, там, где обычно плавают люди. Если испачкались в мазуте, используют спирт или подсолнечное масло. После таких процедур кожа, по их словам, становится «непривычно шелковистая». — Когда штормит, поменьше работаем, потому что видимость хуже. А так от двух до четырех заплывов в день делаем, бывает больше, — продолжает водолаз. — Иногда доходит до того, что, когда начинаем что-то поднимать, плывут пятна мазутные, люди приходят и говорят: «Вы что делаете, вы нам мешаете купаться». Их ничего не останавливает. Детей жалко, они тут прямо с головой ныряют. Хоть бы не отчислили На выходе с пляжа на 1-м проезде работают всего несколько точек, где продают одежду. Одна из продавщиц говорит, что «деваться некуда — другой работы в городе, который живет за счет туристов, нет». Кто-то да пройдет за день и что-то купит. Обычно в июле гостевые дома и отели, которые находятся в двух-пяти минутах ходьбы до моря, забиты. Раньше владельцам приходилось даже отказывать отдыхающим, мест не было. Но не в этот раз. — Именно наш пляж не очень [чистый]. У нас тут стоит машина водолазов. А чуть дальше песок уже чистый. Там и с детками купаются. Найти мазут можно, но я его и в детстве находила, еще до разлива, — рассказывает владелица гостевого дома с бассейном в Джемете. — Сейчас у нас занято 7 номеров из 26-ти, как жить — не знаю, помощи нам никакой нет. Мы как самозанятые работаем. У меня дочка третьекурсница в Москве, обычно оплачивала ей учебу с тех денег, что в сезон заработаем, а сейчас… Хоть бы не отчислили. Сезон контрастов По обе стороны от Джемете — в центре Анапы и в Витязево — курортный сезон в разгаре. Лишь единицы не открыли торговые точки и кафе. Хотя, по словам продавцов, некоторые начали работать только пару недель назад. Из прибрежных ресторанчиков и столовых играет музыка, а на пляжах нет ни валов с сеткой, ни водолазов, ни техники. Расставлены десятки шезлонгов, из мегафонов людей приглашают на морские прогулки, работают раздевалки и туалеты. Вокруг загорают семьи с детьми и пенсионеры. Людей на центральном пляже Анапы в разы больше, чем в опустевшем Джемете. Но большинство пляжных шезлонгов свободны, хотя за аренду одного просят всего 400 рублей в сутки. Еще 18 июля тут стоял сильный запах сероводорода, а весь берег был охвачен черными полусгнившими водорослями, которые местные называют камкой. В сетях расходились предположения, что черный цвет водоросли приобрели из-за мазута. В оперштабе Краснодарского края это опровергли, спустя сутки всю камку с берега убрали. — Водичка теплая, но мазут на пляже попадается. Вон, руки липнут. Мы были на Высоком берегу — там нет мазута, — рассказывает пожилая пара из Мурома. Попрятались, когда министр приехал В Витязево у чистого берега дети строят песчаные замки. Туристов зазывают прокатиться на банане. 30 минут — 600 рублей. Но шезлонги чуть дороже, чем в центре Анапы, — 500 рублей за день. Под навесом на пляже «Витязь» спорят турист с сотрудником: — Почему я должен платить за шезлонг? Вы тут незаконно работаете, пляжи вообще официально закрыты! — А вы что здесь делаете? Тут и купаться официально запрещено, уходите тогда, раз такие правильные. Только этот диалог и красные флаги напоминают здесь о произошедшей экологической катастрофе. — Когда приехали, 5 июля, вообще никого не было, чуть ли не вдвоем сидели на пляже, так, один-два человека в сторонке были. Мне так нравилось, такая красота. Мазут мы ни разу не находили. Сейчас с каждым днем всё больше народу, — рассказывает женщина, которая вместе с супругом приехала из Владимира. В Анапе они отдыхают уже не первый раз. 17 июля закрытые пляжи Анапы проверил министр ГО и ЧС Кубани Сергей Штриков. Во время рейда чиновники установили, что из 141 пляжа 9 работают, несмотря на запрет. В официальном сообщении властей говорилось, что «за данные нарушения предусмотрены штрафы в размере от 100 до 300 тысяч рублей». Незаконный прокат шезлонгов и прочей пляжной инфраструктуры обнаружили в том числе на центральном пляже и в Витязево. Спустя пару дней мы прошлись с фотографом по следам министра — всё работало, как и до приезда чиновника. — Говорят, уберите. А мы не убираем. Они говорят — грязное, мы говорим — чистое, — пожимает плечами парень, который отвечает за оплату шезлонгов на пляже в Витязево. — Я знаю одно — дельфин в грязной воде никогда не купается, а они к берегу приплывают. Люди отдыхают, наслаждаются. Что дальше будет — не знаем, пока работаем. Услышав его монолог, одна из туристок говорит, что в часы, когда на пляже был министр, никто оплату за шезлонги не брал. — Они попрятались все, потому что это у них незаконно. А как министр ушел, сразу подпрыгнули, — рассказывает женщина, она приехала с мужем и ребенком на отдых 10 дней назад из Оренбурга. Мазут может всплыть Официально пляжи остаются закрыты. Если раньше власти называли сроки ликвидации ЧС, то сейчас никаких дат нет. Местные уже и не надеются, что в этом сезоне Роспотребнадзор разрешит купаться. При этом ученые говорят, что море восстанавливается быстрее, чем ожидалось, но есть нюанс — при прогреве моря есть большая вероятность, что осевший на дне мазут начнет всплывать. Такое 18 июля произошло в Темрюкском районе в поселке Артющенко, пятна были диаметром до 10 сантиметров. Их удалось быстро убрать благодаря местным волонтерам и спасателям. — Всплывет ли старый мазут в Витязево в августе? Очень даже вероятно. Но он (мазут) реструктурирован, выветрился, дает пленку только на песке. Возможно, именно поэтому Роспотребнадзор не открывает для купания пляжи в Анапе, — говорит журналисту 93.RU эколог Роман Пукалов. — Сколько бы водолазы ни поднимали его со дна (а они молодцы), он всё равно там останется. Только с помощью людей море очищается быстро. Год, надеюсь, всего потребуется, как это было в 2007–2008 году в Керченском проливе [тогда из-за крушения танкера в море оказалось около 2000 тонн мазута]. Народ не напугать На улицах Витязево, ведущих к пляжам, что только не продают — от «лабубу» до шуб. Проснулись и фотоживодеры, предлагая кадры с попугаями или лемурами. Прямо на пляжах работают кафе с летниками. — Люди то есть, то нет. В основном с пятницы по воскресенье наплыв. Местные приезжают — из Краснодара, Ростова. А так… Всё печально. Решили всё равно открыться, чтобы людям скучно не было, пока, конечно, в минус работаем, — рассказывает владелец небольшого заведения на побережье. После заката пустующие кафе начинают заполняться, играет живая музыка, посетителей приглашают на танцпол. Вокруг неспешно гуляют люди, но привычной толпы нет. Ощущение, будто сейчас конец бархатного сезона. Из-за ЧС многие гостевые дома снизили цены, чтобы хоть как-то заманить туристов. У некоторых проживание стало дешевле в два раза, но большая часть номеров всё еще пустует. Что касается отельеров, то далеко не все решили снижать стоимость. Например, семья из Курска остановилась вчетвером в отеле с бассейном и питанием по прошлогодней цене — 120 тысяч рублей за 8 дней. — У нас отель вообще полупустой, мы расстроены, потому что по питанию, и по всему не очень, конечно, когда заселение всего 20%, это уже не тот сервис. Мы были сначала в Тамани на Азовском море, затем поехали на Черное, были в Новороссийске и вот приехали в Витязево, мазута нигде не было, ничего на ногах не остается. Вроде как всё хорошо, люди купаются, — рассказывает туристка. В этот момент подбегает ее сын и показывает на груди черное пятно. — Где ты его нашел? Единственный из нас! Ну это капелька, всё хорошо, жив-здоров.